?

Log in

No account? Create an account

Почему существует ад ?

Наверное один из самых естественных вопросов сомневающегося – почему существует ад? Если Бог есть Любовь, почему Он обрекает грешников на вечные мучения? Самое главное здесь вот что: христианство пришло в мир вовсе не с вестью о том, что существует ад. Нет, ад – темное царство мертвых - известен почти всем дохристианским культурам. Своим же Воскресением Христос открыл людям тайну жизни, а не смерти – тайну Рая.

Слово “ад” (греч. κολασε — мука) происходит от глагола κολαζο и имеет два значения. Первое значение — “обрезать ветви дерева”, второе — “наказывать”. Слово это в Священном Писании употребляется в основном во втором значении. Причем в том смысле, что не Бог наказывает человека, но человек сам наказывает себя, потому что не принимает дара Божия. Разрыв общения с Богом и есть наказание, особенно если мы вспомним, что человек сотворен по образу и подобию Божию, и именно это является глубочайшим смыслом его существования.

Рассмотреть учение о рае и аде, как оно изложено у святых отцов, есть наиважнейшая задача. Святые отцы являются подлинными учителями Церкви, носителями незамутненного Предания. Потому Священное Писание не может быть правильно истолковано вне их богодухновенного учения. Ведь Церковь — Богочеловеческое Тело Христово — сама пишет Священное Писание и сама толкует его.

Общим местом в учении святых отцов Церкви является положение, что рай и ад существуют лишь с точки зрения человека, но не с точки зрения Бога. Конечно, и рай, и ад существуют реально, существуют как два различных образа бытия, но не Бог сотворил это различие. Из святоотеческого предания ясно видно, что рай и ад нельзя рассматривать как два разных места, но Сам Бог является раем для святых и адом для грешников. Святоотеческое Предание уточняет, что Бог никогда не враждует с человеком, но человек сам становится врагом Бога, если не имеет общения с Ним, участия в Его жизни. Таким образом, даже если человек становится врагом Бога, Бог не становится врагом человека. Человек же по совершении греха сам представляет себе Бога разгневанным и враждебным.

Рай — это любовь Божия. Естественно, когда мы говорим о любви, то главным образом имеем в виду нетварную энергию Божию. Преподобный Исаак Сирин пишет: “Рай есть любовь Божия, в которой наслаждение всеми блаженствами” . Но рассуждая об аде, он говорит почти то же самое: ад — это бич божественной любви. Он пишет: “Говорю же, что мучимые в геенне поражаются бичом любви. И как горько и жестоко это мучение любви!”

Следовательно и в аду люди будут не лишены божественной любви. Бог будет любить всех людей — и праведников, и грешников, но не все в той же мере и одинаковым образом будут ощущать эту любовь. Во всяком случае неуместно утверждать, что ад — это отсутствие Бога.

Отсюда делается вывод, что опыт переживания Бога у людей различен. 

Один и Тот же Бог будет всем в равной мере подавать Свою благодать, но люди будут воспринимать ее в соответствии со своей “вместительностью”. Любовь Божия будет распространяться на всех людей, но действовать будет двояким образом: грешников она будет мучить, а праведников — радовать. Выражая православное Предание, преподобный Исаак Сирин пишет: “Любовь своею силою действует двояко: она мучит грешников и веселит собою соблюдших долг свой”

Бог сказал Моисею: “Кого помиловать — помилую, кого пожалеть — пожалею” (Исх. 33, 19). Но как понимать, что Бог одного хочет помиловать, а другого — ожесточить? Разве у Бога есть лицеприятие? Это различие связано с естеством человека, а не с естеством и действием Божиим. Блаженный Феофилакт Болгарский говорит: “Как солнце воск размягчает, а глину делает твердой не само от себя, но в силу различия вещества воска и глины, так и Бог, глиняное сердце Фараона, как говорится, ожесточает”. Значит благодать Божия, то есть Его любовь, освящающая всех, будет действовать в соответствии с состоянием человека. Для большего уразумения этого вспомним библейское чудо, которое произошло с тремя отроками в пылающей печи. Тогда пламя разделилось на две части и, с одной стороны, “пожигало всех стоящих вокруг”, а с другой — “приняло в себя Дух и доставило отрокам самое приятное дуновение и прохладу, так что они находились в спокойном состоянии, как бы под древесною тенью”. То есть хотя это пламя попаляло тех, кто находился вне печи, в то же самое время оно орошало отроков так, как будто они находились в тени дерева.

Таким образом будущая жизнь для очищенных умом есть свет, подаваемый в меру чистоты, и этот свет мы называем Царством Небесным. Но для слепых (в уме) он становится тьмою, что в действительности есть отчуждение от Бога. То есть вечная жизнь — это свет для тех, кто очистил свой ум, светом она является для них в меру их чистоты. А тьмою вечная жизнь становится для тех, кто слеп умом, кто не просветился в земной жизни и не достиг обожения. Эту разницу мы можем понять и на примере чувственных предметов. Одно и то же солнце “просвещает здравый взор и помрачает больной”. Очевидно, что виновно не солнце, а состояние глаза. То же самое произойдет и во Второе Пришествие Христово. Как об этом и сказано в Св. Писании  Один и Тот же Христос лежит на падение и восстание: на падение неверующим, и на восстание верным (Лк.2:34).

Обращаясь к словам Иоанна Предтечи, сказанным им о Христе, “Он будет крестить вас Духом Святым и огнем” (Мф. 3, 11; Лк. 3, 16), святитель Григорий Палама говорит, что здесь Предтеча являет ту истину, что люди воспримут соответственно либо мучающее, либо просвещающее свойство благодати. Вот его слова: “Он, говорит (Предтеча), будет крестить вас Духом Святым и огнем, являя просвещающее и мучающее свойство, когда каждый человек будет получать соответствующее своему расположению”.

Далее хорошо привести простой пример, чтобы показать, что изложенное выше учение является убеждением и опытом всей Церкви.

Это Причащение Тела и Крови Христовых. Божественное Причащение действует в соответствии с состоянием человека. Если человек нечист, оно его опаляет, если же он подвизается для своего очищения или тем более находится уже в состоянии обожения, оно действует иным образом.

Апостол Павел пишет об этом коринфянам: “Кто будет есть хлеб сей или пить чашу Господню недостойно, виновен будет против Тела и Крови Господней (1 Кор. 11, 27)”. Ниже он подтверждает свою мысль: “Оттого многие из вас немощны и больны и немало умирает” (1 Кор. 11, 30). А бывает это потому, что “кто ест и пьет недостойно, тот ест и пьет осуждение себе” (1 Кор. 11, 29). Причащение Тела и Крови Христовых, становясь жизнью для людей очищенных и обоженных, для нечистых бывает осуждением и смертью, — даже телесной смертью.

Поэтому на изображении Второго Пришествия, как оно представлено в притворах монастырских храмов, мы видим следующее: от престола Божия исходит свет, объемлющий святых, и от того же самого престола Божия исходит и огненная река, опаляющая нераскаянных грешников. Источник и света, и огня — один и тот же. Это замечательное выражение учения святых отцов Церкви, — рассмотренного нами выше учения о двух действиях божественной благодати — просвещающем или опаляющем — в зависимости от состояния человека.

Очень для нас важно знать и понимать, что различие в опыте восприятия божественной благодати будет зависеть от духовного состояния людей, от степени их внутренней чистоты. Поэтому очищение требуется уже в этой жизни. Очищение, согласно святым отцам, должно совершаться, главным образом, в сердце и в уме человека. Ум — это “владычественное” души, посредством ума человек приобщается Богу. В результате грехопадения ум человека помрачился. Он был отождествлен с логическим мышлением, слился со страстями, смешался с окружающим миром. Теперь необходимо очищение ума.

Таким образом, Православие, в соответствии с учением Христа, все время говорит об очищении и покаянии: “Покайтесь, ибо приблизилось Царство Небесное” (Мф. 4, 17). Только через покаяние человек опытно познает Бога.

Важнейшим делом Церкви является исцеление человека, очищение его ума и сердца. Очистившись, человек должен стяжать просвещенный ум, чтобы не просто увидеть Бога, но чтобы Бог стал для него раем и Царством Небесным. Это происходит благодаря таинствам и подвигу. И действительно, таинства и подвиг должны сочетаться друг с другом. Подвиг, как говорит святоотеческое предание, предшествует Крещению и последует ему, предшествует Причащению и последует ему. Когда мы отделяем таинства от подвига, а подвиг от таинств, тогда искажаем церковную жизнь.

Если внимательно изучить православный требник, то можно убедиться в том, что он представляет собой лечебный курс. Он, если выразиться образно, является духовно-медицинским сборником по терапии человеческой души. И терапия эта, как хорошо видно из молитвословий таинств, направлена главным образом на лечение ума, на его просвещение. Поэтому совершение таинств — это не “продажа билетов” в рай, но исцеление человека, чтобы Бог, когда он Его увидит, стал для него раем, а не адом (а ведь все мы — и праведники, и грешники — увидим Бога).

Ад — это не отсутствие Бога, как нередко говорят, но Его присутствие, видение Его как огня.

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

Из проведенного анализа можно сделать следующие конечные выводы. Церковь — это больница, лечебница, исцеляющая человека. Врачевство душ — самое главное дело священника. Конечно, совершая его, можно заниматься и другими делами: участвовать в решении земных проблем, заниматься благотворительностью, подавать милостыню и тому подобное. Однако главным занятием священника остается духовное врачевание человека.

Некоторые люди осуждают Церковь за то, что она равнодушна к нуждам общества и не совершает каких-либо общественно-полезных дел. Конечно, никто не станет противоречить, что и на эти нужды Церковь должна простирать свою деятельность. Но здесь уместно поставить следующий вопрос. Разве для общества смерть не представляет собой проблемы? Мало того, что каждого из нас удручает неизбежность собственной смерти, которую мы носим в себе с самого рождения, так что кажется, что и рождаемся мы только для того, чтобы умереть. Но ведь и смерть любимых нами людей, приносит нам неизмеримые душевные муки. Так неужели смерть не представляет собой ни личной, ни общественной проблемы? Вот Церковь и занимается этой страшной проблемой и помогает человеку преодолеть ее через жизнь во Христе.

Даже сам по себе тот факт, что Церковь непрестанно занимается духовной “терапией” человеческого ума и человеческого сердца, напрямую отражается на обществе. Духовно здоровый человек миролюбив, искренен, бескорыстен. Как следствие, он — добрый семьянин, хороший гражданин и тому подобное. Поэтому как больница продолжает свою работу во время различных общественных потрясений, так и Церковь, несмотря ни на какие потрясения, должна не забывать своего важнейшего “терапевтического” служения и лечить людей в духовном и нравственном отношении.

Живя в Церкви, мы должны лечиться, пользуясь предлагаемыми ею лечебными средствами — таинствами и подвигом, — чтобы уже здесь и сейчас, но главным образом тогда, во Второе Христово Пришествие, благодать Божия действовала в нас как свет и спасение, а не как тьма и мука.

Все чаще многие враги Церкви навязывают нам, что поминовения умерших не нужно и, что оно не находит себе подтверждение в Св. Писании. Но такие выводы поспешны и крайне натянуты. Посмотрим, что об этом свидетельствует Библия.

  Практика молитв за усопших берёт своё начало ещё с времён Ветхого Завета. Так, в Писании мы читаем, что по случаю кончины близкого, или родственника, у евреев существовал обычай налагать на себя пост. «И взяли кости их, и погребли под дубом в Иависе, и постились семь дней» (1Цар.31:13); «И рыдали и плакали, и постились до вечера о Сауле и о сыне его Ионафане, и о народе Господнем и о доме Израилевом, что пали они от меча» (2Цар.1:12). Пост же, естественно, не мыслим без молитв.
Во второй Маккавейской книге написано следующее: «Потом Иуда, взяв с собою войско, отправился в город Одоллам, и так как наступал седьмой день, то они очистились по обычаю и праздновали субботу. На другой день бывшие с Иудою пошли, как требовал долг, перенести тела павших и положить их вместе со сродниками в отеческих гробницах. И нашли они у каждого из умерших под хитонами посвящённые Иамнийским идолам вещи, что закон запрещал Иудеям: и сделалось всем явно, по какой причине они пали. Итак все прославили праведного Судию Господа, открывающего сокровенное, и обратились к молитве, прося, да будет совершенно изглажен содеянный грех; а доблестный Иуда увещевал народ хранить себя от грехов, видя своими глазами, что случилось по вине павших. Сделав же сбор по числу мужей до двух тысяч драхм серебра, он послал в Иерусалим, чтобы принести жертву за грех, и поступил весьма хорошо и благочестно, помышляя о воскресении; ибо, если бы он не надеялся, что павшие в сражении воскреснут, то излишне и напрасно было бы молиться о мёртвых. Но он помышлял, что скончавшимся в благочестии уготована превосходная награда, - какая святая и благочестивая мысль! - Посему принёс за умерших умилостивительную жертву, да разрешатся от греха» (2Мак.12:38-45).
Хотя данная книга и относится к неканоническим, однако в ранней Церкви неканонические книги были также читаемы. Даже Апостолы иной раз обращались к апокрифам. Так св. Иуда пишет: «Михаил Архангел, когда говорил с диаволом, споря о Моисеевом теле, не смел произнести укоризненного суда, но сказал: “да запретит тебе Господь”.» (Иуд.9). В канонических книгах Ветхого Завета нигде не повествуется об этом диалоге между Архангелом Михаилом и диаволом. О нём упоминается лишь в апокрифе «Успение Моисея». И ещё: «О них пророчествовал и Енох, седьмой от Адама, говоря: “се, идёт Господь со тьмами святых Ангелов Своих – сотворить суд над всеми и обличить всех между ними нечестивых во всех делах, которые произносили на Него нечестивые грешники”.» (Иуд.14-15). Апостол ссылается на апокрифическую книгу «Еноха» (1,9). Также и Апостол Пётр ссылается на иудейское предание, запечатлённое в книге «Еноха». Согласно сказанию этой книги, перед потопом тварные духи сошли на землю, чтобы соблазнять людей, научить их магии и волхованиям. За это они были скованы в тёмной бездне преисподней. Сказание возникло как комментарий к Бытие, 6-ой главе. Пётр пишет: «Ибо, если Бог ангелов согрешивших не пощадил, но, связав узами адского мрака, предал блюсти на суд для наказания…» (2Пет.2:4). И Апостол Павел не пренебрегал иудейскими преданиями, называя по именам волхвов, Ианния и Иамврия (2Тим.3:8), что противились Моисею, потворствуя Фараону (Исх.7:11). В канонических же книгах Ветхого Завета эти имена отсутствуют. Более того, тот же Апостол Павел не гнушался и явно языческих источников, когда те источники не противоречили истине: «Из них же самих один стихотворец сказал: «Критяне всегда лжецы, злые звери, утробы ленивые». Свидетельство это справедливо» (Тит.1:12).
Иными словами, мы не должны пренебрегать изучением и неканонических книг. Хотя приравнивать их к каноническим нельзя, но и отвергать их полностью тоже немудро. Так, внимательно исследуя эти книги, мы вполне можем признать за факт, что иудеи молились за умерших и приносили за них жертвы умилостивления, как о том повествуется во Второй Маккавейской книге (Подчеркнём, речь идёт в данный момент только о том, что события имели место, а не о том, являлось ли поведение иудеев угодным Богу делом).
В другой неканонической книге написано следующее: «Господи Вседержителю, Боже Израиля! услышь молитву умерших Израиля и сынов их, согрешивших пред Тобою, которые не послушали гласа Господа Бога своего, за то и постигло нас бедствие» (Варух.3:4). Исходя из этого текста даже скептически настроенный критик должен согласиться, что в ветхозаветные времена иудеи (Пусть и не все, ведь были и «саддукейски» настроенные личности) верили, что умершие во грехе взывают о помиловании.
Далее, у иудеев существовала практика раздавать милостыню за умерших: «Милость даяния да будет ко всякому живущему, но и умерших не лишайте милости» (Сираха.7:36). И ещё: «Раздавай хлебы твои при гробе праведных, но не давай грешникам» (Товита.4:17).
Таким образом, из выше приведённых текстов мы видим, что многие иудеи верили в то, что раздаяние милостыни могло как-то благотворно отразиться на состоянии умерших душ. Опять же, оговоримся, что мы пока не заняты разрешением вопроса о том, была ли эта вера истинной. Сейчас мы только говорим о том, что имело место быть.
А вот теперь самое время обратиться к каноническим книгам. Подтверждают ли богодухновенные книги верования иудеев? Вот что говорит Моисей: «Я не ел от неё в печали моей, и не отделял её в нечистоте, и не давал из неё для мёртвого» (Втор.26:14). Пророк говорит о десятине. Он наставляет иудеев, чтобы они не давали для мёртвого из десятины, а из десяти частей произведений земли можно. Таким образом, и Священное Писание подтверждает мысль о том, что иудеи помнили о мёртвых. Моисей знал об обычаях единоверцев и не обличал их в «язычестве».
А вот что пишет другой Божий пророк, Иеремия: «И умрут великие и малые на земле сей… и не будут оплакивать их, ни терзать себя, ни стричься ради них. И не будут преломлять для них хлеб в печали, в утешение об умершем; и не подадут им чаши утешения, чтобы пить по отце их и матери их» (Иер.16:6-7).
Иеремия также знаком был с практикой поминовения умерших. И, как и Моисей, он не критикует единоплеменников за их обычай преломлять хлеб за усопших. Более того, из вышеприведённого текста видно, что преломление хлеба за умершего приносило некое утешение преломляющим, и выпитая чаша утешала, каким-то образом, пьющего. Т.е. это был не просто обряд, а некое таинство, во время которого в загробном мире нечто происходило. Иудеи верою воспринимали эту перемену в загробном мире с их умершими родственниками, из-за чего и утешались.
Попробуем составить очередную последовательность действований иудеев, когда у них кто-то умирал. Итак, получив известие о смерти, Давид схватив одежду свою разодрал её (2Цар.1:11). Потом – пост, плач и молитвы об умершем (2Цар.1:12). Потом – приносилась умилостивительная жертва за грех (2Мак.12:43). Потом – от имени умершего раздавали милостыню (Сир.7:36; Втор.26:14). И потом – преломление хлеба за умершего и питие из чаши (Иер.16:6-7).
Однако следует уточнить, что не за всех умерших позволительно было молиться иудеям. Так священник Илий, увещевая свих развратившихся сыновей, которые отвращали израильтян от веры в Господа, сказал: «Если согрешит человек против человека, то помолятся о нём Богу; если же человек согрешит против Господа, то кто будет ходатаем о нём?» (1Цар.2:25). И Иеремие Господь говорит: «Ты же не проси за этот народ и не возноси за них молитвы и прошения, и не ходатайствуй предо Мною, ибо Я не услышу тебя» (Иер.7:16). И ещё: «И сказал мне Господь: хотя бы предстали пред лице Моё Моисей и Самуил, душа Моя не приклонится к народу сему; пусть они отойдут от лица Моего, отгони их» (Иер.15:1). И Иоанн Богослов пишет: «Если кто видит брата своего согрешающим грехом не к смерти, то пусть молится, и Бог даст ему жизнь, то есть согрешающим грехом не к смерти. Есть грех к смерти: не о том говорю, чтобы он молился. Всякая неправда есть грех; но есть грех не к смерти» (1Иоан.5:16-17). Ну и Сам Господь сказал: «Всякий грех и хула простятся человекам, а хула на Духа Святого не простится человекам… ни в сем веке, ни в будущем» (Мат.12:31-32). Т.е. бывают грехи против Бога, а бывают против ближнего. Хотя всякий грех, в том числе и против ближнего, является преступлением против Заповедей Божиих, однако в глазах Бога грех греху рознь.
А о том, что за гробом возможно прощение для грешников (согрешивших грехом не к смерти, т.е. не против Бога, а только против ближнего), ясно приоткрыл нам и Сам Милующий, говоря: «в сем веке» и « в будущем» веке. А вот хула против Бога не простится и за гробом (т.е. в будущем веке).
А что говорит христианская традиция на интересующую нас тему?
В древнейшем чине литургии, авторство которого по преданию (которое признавали все Отцы ранней Церкви) приписывается первому епископу Иерусалимскому Апостолу Иакову, мы находим молитву об усопших: «Господи, Боже духов и всякой плоти, помяни православных (здесь термин «православных» имеет ещё не денаминационный смысл), которых мы помянули, и которых не помянули, от Авеля праведника до сего дня; Сам упокой их а селениях живых, в Царствии Твоём, в сладостях рая; в недрах Авраама, и Исаака, и Иакова, святых отцов наших, откуда отбежала болезнь, печаль, воздыхание и где посещает свет лица Твоего и освещает всегда». (Взято по творениям св. Кирилла Иерусалимского, IV век). 
Критик может оспаривать подлинность авторства чина этой литургии, принадлежит ли это творение подлинно Апостолу Иакову Иерусалимскому, но он не может не признать за факт, что уже в первом веке существовала литургия, во время которой осуществлялись молитвы за умерших (даже если составил чин этой литургии не Апостол Иаков, а кто-то из других пастырей Церкви).
Для ранних Отцов Церкви не вызывало сомнения, что молитвы за усопших восходят от Апостольского Предания. Вот, как пишет св. Иоанн Златоуст: «Не напрасно узаконено апостолами творить пред Страшными Тайнами поминовение усопших: они знали, что бывает великая польза от сего для усопших, великое благодеяние."

Возражение: Разве в притче о богаче и Лазаре (Лук.16:19-31) не сказано, что в загробном мире между праведными и неправедными «утверждена великая пропасть», так что хотящие перейти к праведникам никак не могут этого сделать?

Эта притча отнюдь не противоречит практике молитв за усопших. Да, действительно, за гробом уже нет покаяния. Там есть только раскаяние. Кого смерть настигает внезапно, не давая возможности примириться с Богом и с людьми, тот, расставшись с телом, уже не может исправить своих ошибок, пасть в ноги тем, кого обидел, и просить о помиловании… Но это не значит, что он не может быть помилован вообще. Ибо Сам Господь сказал, что возможно помилование за гробом (Мат.12:31-32). И Моисею Он обещает, говоря: «кого миловать, помилую; кого жалеть, пожалею» (Рим. 9:15). Но только не во власти самого умершего уже самому изменить ситуацию за гробом. Если при жизни, по долготерпению Божию, имел он власть перейти через ту «великую пропасть», то за гробом уже от него лично ничего не зависит.

Основные пункты учения Ария следующие:
1. Абсолютность монархии Отца. "Было время, когда Сына не было",— утверждал Арий.
2. Создание Сына из ничего по воле Отца. Сын, таким образом, есть высшее творение, орудие (organon "органон") для создания мира.
3. Святый Дух есть высшее творение Сына и, следовательно, по отношению к Отцу Святый Дух является как бы "внуком". Так же, как у Оригена здесь имеет место убывающая Троица, но существенная разница в том, что Арий отделяет Сына и Духа от Отца, признавая их тварями, чего Ориген, несмотря на свой субординатизм, не делал. Святитель Афанасий Александрийский называл Ариеву Троицу "обществом трех неподобных существ".

Вести полемику с арианством в IV столетии пришлось многим выдающимся православным богословам, отцам Церкви; среди которых особое место занимают святитель Афанасий Александрийский и великие Каппадокийцы.
Святитель Афанасий ставил вопрос перед арианами: "для чего, собственно говоря, нужен Сын посредник?" Ариане отвечали, что Сын создан, чтобы через Его посредство, Им, могло придти в бытие и все прочее.
Святитель Афанасий указывал на всю глупость подобного рода рассуждений, поскольку, если тварь не может принять зиждительной силы, то почему же в. таком случае Сын(Логос), который сам тварен, эту силу принять на Себя может. Если рассуждать логически, для создания Сына посредника потребовался бы свой посредник, а для создания посредника — свой посредник и так до бесконечности. В результате творение никогда не могло бы начаться.
Можно сказать, что само наличие Сына в системе Ария, функционально необоснованно, т. е. Арий отводит ему место в своей системе исключительно в силу традиции, и сам Божественный Логос в его системе можно уподобить некоторому атланту ,у фасада дома, который с большим напряжением поддерживает своды космического здания, которые прекрасно стоят и без его помощи.
Осуждение арианства произошло в 325 году на Первом Вселенском Соборе в Никее. Основным деянием этого Собора было составление Никейского Символа Веры.

В советское время в атеистической литературе можно было встретить утверждение, что древняя Церковь в первые века своего существования не знала учения о Троице, что учение о Троице есть продукт развития богословской мысли, и появляется оно далеко не сразу. Однако, древнейшие памятники церковной письменности не дают ни малейших оснований для подобного рода выводов.
Например, мчн. Иустин Философ (середина II века) (Первая апология, 13 глава): "Отца и Того, Кто пришел от Него — Сына и Духа пророческого чтим и обожаем". Все доникейские символы веры содержат исповедания веры в Троицу.
Литургическая практика также об этом свидетельствует. Например, малое славословие: "Слава Отцу и Сыну и Святому Духу" (и другие его формы, в древности существовало несколько форм малого славословия) — одна из древнейших частей христианского богослужения.
Другим литургическим памятником может служить гимн, вошедший в состав вечерни, "Свете тихий"..., Предание приписывает его мученику Афиногену, мученическая кончина которого, согласно Преданию, имела место в 169 году.
Об этом свидетельствует и практика совершения крещения во имя Пресвятой Троицы.
Древнейший памятник христианской письменности из числа не входящих в Новый Завет — Дидахи, "Учение двенадцати апостолов", который по мнению современных исследователей датируется 60-80 гг. I столетия. В нем уже содержится крещальная форма, которой мы пользуемся сегодня: "Во имя Отца, и Сына и Святого Духа".

О том что апостолы знали о троичности Бога свидетельствуют многие строки Св. Писания. Приведу некоторые из них:[2 Кор.13:13]" Благодать Господа нашего Иисуса Христа, и любовь Бога Отца, и общение Святаго Духа со всеми вами. Аминь". Разве написал бы так ап. Павел бывший [Гал.1:14]" неумеренным ревнителем отеческих моих преданий". Точно также св. евангелист Матфей не поставил бы в один ряд с именем Отца имя Сына и Св. Духа [Мф.28:19]" Итак идите, научите все народы, крестя их во имя Отца и Сына и Святаго Духа". Апостол Фома сказал Христу, явившемуся после Своего Воскресения [Ин.20:28] Господь мой и Бог мой! Разве могли они так смело называть обычного человека Богом. Вспомним слова прор. Исаии[Ис.44:6] " Я первый и Я последний, и кроме Меня нет Бога". Как же тогда Христа его ученики называли Богом?
А вот еще слова Св. Писания:[Ин.10:30] Я и Отец - одно.[Ин.14:9] Видевший Меня видел Отца. Апостол Павел свидетельствует о Христе:[Кол.2:9] в Нем обитает вся полнота Божества телесно. Кто из творений Божиих может сказать о себе, что в нем обитает вся полнота Божества? Никто. Даже высшие Архангелы. Ничто сотворенное не может вместить и понести всю полноту Божества. Если же во Христе она пребывает, то это может означать только одно: Христос есть Истинный Бог. Вот еще пример [Ин.1:1] В начале было Слово, и Слово было у Бога, и Слово было Бог. И далее Евангелист Иоанн повествует [Ин.1:14] И Слово стало плотию, и обитало с нами, полное благодати и истины; и мы видели славу Его, славу, как Единородного от Отца. Это подтверждает то, что Бог - Слово (Христос) был прежде бытия мира видимого. Это кстати подтверждают следующие слова Христа [Ин.17:5] И ныне прославь Меня Ты, Отче, у Тебя Самого славою, которую Я имел у Тебя прежде бытия мира.
[Быт.19:24] И пролил Господь на Содом и Гоморру дождем серу и огонь от Господа с неба. Кто эти два Господа?
[Евр.11:3] Верою познаём, что веки устроены словом Божиим, так что из невидимого произошло видимое.
Вспомним стих [Пс.81:6-7] Я сказал: вы - боги, и сыны Всевышнего - все вы;но вы умрете, как человеки, и падете, как всякий из князей. Или [Ин.1:12] А тем, которые приняли Его, верующим во имя Его, дал власть быть чадами Божиими. Однако во всех этих случаях речь идет об усыновлении Богу по Благодати, а не о природном сыновстве, не о равенстве по сущности. Но Христос назван Сыном Божиим по единой Божественной сущности и назван в Библии Единородным [1 Ин.4:9] Любовь Божия к нам открылась в том, что Бог послал в мир Единородного Сына Своего, чтобы мы получили жизнь через Него. Христос есть Сын Божий в принципиально другом смысле, чем Ангелы и праведники. Об этом и говорит ап. Павел [Евр.1:5] кому когда из Ангелов сказал Бог: Ты Сын Мой, Я ныне родил Тебя?
А нынешние небеса и земля, содержимые тем же Словом, сберегаются огню на день суда и погибели нечестивых человеков. (2Пет.3:3-7) Здесь говорится о том же Слове, что и в [Ин.1:16]